English
Тема выпуска: ЛЕНИВОЕ ИСКУССТВО

СТЕНОГРАММА БЕСЕДЫ УЧАСТНИКОВ ПРОЕКТА «ЛЕНИВОЕ ИСКУССТВО», 13.07.13, ЮРТОЧНЫЙ ЛАГЕРЬ ПЛАНЕТАРНОЕ ОКО, БЛИЗ СЕЛА ТОСОР, ЮЖНЫЙ БЕРЕГ О.ИССЫК-КУЛЬ, КЫРГЫЗСТАН

Участники:
АС – Арсений Сорокин (Казахстан)
АУ – Алексей Улько (Узбекистан)
БС – Бакыт Саргазаков (Кыргызстан)
ВВ – Виктор Воробьёв (Казахстан)
ЕВ – Елена Воробьёва (Казахстан)
КН – Катя Никонорова (Казахстан)
ОК – Олег Карпов (Узбекистан)
УА – Умида Ахмедова (Узбекистан)
УД – Улан Джапаров (Кыргызстан)
ЭГ – Эмиль Гузаиров (Россия)
ЮС - Юлия Сорокина (Казахстан)

Запись, расшифровка и редакция: Юлия Сорокина

ЮС – Обожратушки – наелись мы здесь с вами, лежим расслабленные, купол юрты над головой. Народ где-то митингует, а нам так хорошо. Как вы думаете, зачем нам нужен такой формат «Ленивое искусство»? Идеолог «Ленивого искусства», Байке (У. Джапаров), зачем нам такой формат?
УД – Я уже хроник. Какого хрена мы приезжаем?
ОК – Как борцы раньше собирались в Гамбурге и боролись. Это было такое тестовое место. «Ленивое» это как раз наш Гамбургский счёт.
ВВ – Как животное, которое выползает на солнце и заряжается, заряжается…
ЮС - Для дальнейшей борьбы.
УД – Раны залечиваем.
АУ – Можно я скажу? Очень часто на формальных конференциях с программками и всей этой фигнёй – доклады и все эти вещи, они никому не нужны. Всё это лишь для затравки, а нужно то, что происходит вокруг конференции. Я вижу здесь более рационалистичный подход к той-же самой проблеме: уберём программки – просто туса. Сразу и непосредственно перейдём к «основной части».
УД – Проблема-то в том, что программки всё равно у каждого внутри есть. Начальный разговор отличается от тех, которые через несколько дней.
ОК – Ну да, приходишь и делаешь фуршет, а выставка осталась там где-то, в стороне.
УА – Я считаю, что не зря в своё время в маленьких городах проводили фестивали. Вообще идеально, когда люди все вместе, расслабленные и толку больше – больше общения, больше обмена мнениями. Я считаю прекрасно придумано, чтоб каждый вечер кто-то показывал что-то своё. Я считаю это более продуктивно, чем специальные конференции. Тут человек никуда не денется: позагорал, пришёл, тебе говорят: «я тебе покажу» и ты посмотришь.
УД – Здесь балдёжно, когда хочется забыться, полениться, а потом что-то тебя тырк – надо-же что-то делать!
ОК – Вот у Алексея (А. Улько сидит за компьютером) в каждом часе есть несколько таких моментов…
ЮС – Он ещё неопытный, он ещё в первый раз.
УД – Олег уже лишних движений не делает – надо что-то, брык сразу и всё.
УА – В отличие от нас человек работает!
АУ – Одно другому не мешает…
ЮС – Ну вот мне надо работать, а я не могу.
УД – У меня тоже совесть заснула.
ОК – Я помню, что работа убивает, работа убивает...
ЮС – Карпов, вы себя кодируете, да?
УА – Я теперь поняла почему Карпов прямо-таки расцвёл от слов «Ленивое искусство».
ОК – Надо филиал сделать в Ташкенте.
УД – Мы можем представительства открыть, как это – франшиза?
ЕВ – У нас возникла недавно идея на Гоа или куда-то туда переместиться. Зимний вариант.
ЮС – Супер! Я поддерживаю и даже уже маркетинг начала проводить: как лететь, где дешевле, где безопасней…

ЮС – В этом году у нас потрясающий «Детский сад», мне кажется ещё ни разу здесь не было такого количества детей и младенцев. Как вам это нравится или мешает? Детский вопрос каким образом вплетается в «Ленивое искусство»?
УД – В прошлом году начало же уже было и была идея - как «Дети шпионов» - это же новое поколение. И в этом году темы проекта как таковой нет, хотя тема она здесь бессмысленна – это для виду, чтоб некий вектор был. В этом году, как один из вариантов, я думал использовать какую-то детскую тему. Как-то наблюдать и может быть использовать какие-то импульсы… Но потом перестал планировать. Вот вчера разговоры у них были: кто с кем собирается пожениться, кому какая квартира нужна. Они сейчас более рационально мыслят, более целенаправленно. То-есть родители в отключке, а дети деловые. Когда их меньше было, они часто мешали, когда какое-то обсуждение, разговор. А сейчас они уже как некая стихия, как вот комары летают, осы…
ЮС – И у них уже своё сообщество – иерархия своя…

ЮС – Я так понимаю, что «Ленивое искусство» превратилось уже в брэнд региона, ноу-хау такое Центрально-Азиатское, да?
ОК – Ну да, такой достойный ответ Европе.
ЮС – В свете разговоров вчерашних: свой путь – не свой путь, чем-то мы отличаемся или не отличаемся. Это что-то действительно другое или так…?
ЕВ – Юля (Ю. Сорокина), помнишь, мы в 2002г. ездили в «Нешёлковый Путь»? Это же был Международный передвижной воркшоп и мы на автобусе с западными товарищами ездили по Южному Казахстану. И у нас была ситуация в Жанатасе – полу-заброшенном городе урановых шахт. Просто хаос вокруг нас творился: с погодой что-то было, мы жили в Детском саду, там воды не было, стёкла нам били, потом какие-то КНБэшники нас начали пасти. Ербола Мельдибекова стали обвинять в педофилии – он платил пацанам, чтобы отснять свою акцию, а родителей не предупредил. Один мальчишка принёс родителям деньги, они спрашивают: «Откуда деньги?», он говорит: «Мне дядя дал», и пошло! Весь город на нас восстал. Юле пришлось в милицию идти. И в самый разгар хаоса, когда вокруг английская речь, шум такой стоит. В коридоре английский художник Роди Хантер делает перформанс - переливает воду из одного ведра в другое. А Ербол милиционеру говорит: «Это ж современное искусство, это ж современное искусство…», открывает каталог и показывает картинку, где люди по голову закопаны в песок. Милиционер заходит в нашу комнату, где все ругаются и говорит: «я не пойму – это что, секта?». Я просто такой момент хочу подчеркнуть, что для нас всё было нормально. Я присела на диванчик, тапочки так кинула, наблюдаю. А Наоми Салмон, она мечется, не знает, что делать и тут увидела мои тапочки брошенные, поставила их ровненько: «Вот так надо ставить!».
ЮС – Наоми, кстати, писала мне после этого воркшопа: «Спасибо тебе большое – это событие изменило мою жизнь!». Она как человек с немецко-израильским гражданством начинала свой день с дневника, где каждое утро справа-налево записывала распорядок дня. А после этого она говорит: «Я выбросила свой дневник и никогда этого больше не делаю, потому что невозможно предугадать всё».
УД – Кустурица снимал бы – такой фильм бы получился!
ЮС - Мне кажется это симптоматично, что мы здесь пытаемся искать нестандартные формы. У нас же не один «Нешёлковый путь» был – Мурат Джумалиев с Гульнарой Касмалиевой ездили в экспедицию на Алтай, и «Арт Дискурс’97» тоже был в горной обсерватории.
УД - «Арт Дискурс’97» я только сегодня вспоминал. Дело в том, что привыкаешь к каким-то формам делания, обсуждения и вдруг, бах, тебе что-то сваливается – оказывается люди по-другому думают, по-другому работы выставляют. Другая постановка задач – вот это, конечно, сбивает.
ЕВ – Да мы, конечно, привыкли к расслабухе, но в нужный момент соберёмся и … Поэтому нам реакция западных людей странна, когда они начинают паниковать.
УД – Для меня во время «Нешёлкового пути» был некий поворотный момент. Обычно же когда делаешь проект, есть некий лимит времени, который ты обычно сам распределяешь. А здесь бывало, что куда-то ты на день приезжаешь, где-то ты два часа, и работа художника в таких условиях мне напомнила работу снайпера или киллера. То есть ты выходишь на позицию и ты должен понимать, что ты хочешь. В любой момент ситуация может измениться и что-то может произойти. В Туркестане когда я перформанс делал, там до отъезда оставалось два часа. У меня были смутные задумки, Саша Угай мне помог отфотографировать. И не забуду это ощущение, когда ты нормально сделал перформанс, уложился по времени, осталось ещё минут десять-пятнадцать дойти и вот чувство внутреннего удовлетворения, прорыва такого, его тяжело описать, но оно есть. Принципиально важны такие позиции: либо художника к стенке припрёшь и из него что-то раз и происходит. Либо вожжи отпустил и само может что-то выплеснуться. Там ты уже настроился и нужно сделать, а здесь расслабился и оно может произойти, а может и нет. Для меня это вопрос всегда открытый - дожимать или нет? Первые «Ленивые» проекты мы делали, и всегда выставкой заканчивалось, DVD каталогом. А последние два-три проекта - это уже полное Ленивое искусство. Для меня это вопрос открытый – имеет ли смысл всё собирать в жёсткий формат или же у каждого есть какие-то работки, смотрим их и всё.
ЮС – То-есть, такой тотальный воркшоп? Улан, ты считаешь, что не надо доводить?
УД – Нет, надо доводить, проблема вся в том, что я ж обычно кого-то прошу техническую сторону сделать, сам не могу – ребята помогают, а сейчас загружены все…
ВВ – если формируется коллекция годовая, то можно сделать и раз в два года.
ЮС – Что-то типа альманаха, да?
УД – Да, это самодисциплина. Здесь есть одна такая щепетильная вещь – большинство действий, они такие… полукапустниковые. И вот когда ты из капустника-прикола лёгким движением руки превращаешь во что-то большее, в произведение…
ОК – Нет, надо делать ежегодно, чтобы осталась какая-то точка, а потом следующие движения делать. Ну получается выставка – получается, нет, ну что-то другое делать.
АУ – А давайте диск мультимедийный выпускать?
ЭГ – А на фейсбуке страница есть? Такое сообщество, оно живёт, каждый на этой страничке что-то выкладывает, только её надо обязательно модерировать – убирать мусор, троллей, выкладывать что-то новенькое…
УД – Медер (М. Ахметов) сделал страничку, но она как-то не очень развивается… https://www.facebook.com/groups/508605385872740/
ЭГ – Ну её нужно модерировать! И все наши штучки, которые мы понаделали сейчас, можно там выкладывать.
ЮС – В чём минус всех соцсетей – одни сидят в фейсбуке, другие в твиттере, одноклассниках, в контакте и пр. И куда выкладывать? Предлагаю сделать подменю на нашем сайте http://astralnomads.net/ и вперёд. Посетителей там не так много, пока, но есть выход на фейсбук и другие соцсети.
ЭГ – все сайты и соцсети могут быть связаны между собой, и должны быть связаны, по-хорошему. И люди которые захотят они там могут подписаться и быть в друзьях и всё такое.
ЮС – Соцсеть - это всё-таки очень живое тело, а Улан сейчас говорит немного о другом, о какой-то фиксации.
ЭГ – Вот как раз-таки если это будет в виде диска или каталога, то это будет уже мёртвое. Каталог положил на полку и он лежит.
ЮС – Каталог можно сделать в двух вариантах - бумажном и как ридер в интернете, и пожалуйста - ридер можно читать и комментировать.
ЭГ – Любой фиксированный носитель просто лежит, а страница в соцсетях – это живая вещь…
ОК – Нет, просто одно не отменяет другое. Есть возможность сделать – надо делать.
ЭГ – Каталог не предполагает капустник, каталог – это всё-таки солидное такое что-то.
ЮС – Можно в альманахе сделать выбор «Best of the Best», никто не говорит, что нужно всё туда запихивать.
УД – Здесь ещё вот какая штука – в каждый приезд публика немного меняется и появляется на некоторое время какая-то среда, приколы, на несколько дней понятные, как например, женитьба Полины и Сени. В прошлом году мы пытались что-то записывать, но их тяжело перевести в проектный формат. Мне вот как раз интересны сейчас локальные контексты, как помните в конце 90-х, начале 2000-х – допрофессиональные что-ли. Очень часто говорят: «Ничего личного – просто работа», а мне хочется, чтобы побольше личного было. И сейчас некоторые люди рассеялись – у кого-то продвижение куда-то и т.п. Пусть у кого-то это сейчас профессия…
ЮС – Да очень мало у кого. Сейчас больше всего людей в нашем сообществе маленьком, для которых это просто некая экзистенция – люди просто этим живут не в материальном плане, а в плане такого (боюсь высоких слов, но тем не менее, духовного существования). Это некая самореализация, она конечно профессиональная, но денег она не приносит, в общем-то.
УД – Даже вот Лена с Витей (Е. и В. Воробьёвы) по выставкам ездят – со стороны кажется, что они купаются в деньгах, на самом деле разные периоды бывают.
ВВ – Ездим когда оплачивают…
ЕВ – Меня спрашивают некоторые: «А вы что, платите за это?», ну вроде как взятки даём…

ЮС – Всё-таки хотелось бы по персоналиям пройтись – кто, что от этого формата ждёт?
ВВ – Ну от этого формата я бы ожидал побольше формат видео-проекции, чтоб можно было кино смотреть. А то глаза сломать можно. И ещё – людей много, а показ делали не все…
ЮС – Вот, Байке (У. Джапаров)! Я тебе предлагала проектор привезти… Байке сказал: «Не напрягайся…», Витя (В. Воробьёв), следующий раз вы поедете на машине, я вам погружу проектор! Вот никак мы от организации не уходим – не получается совсем лениво, надо обязательно логистику.
АУ – Почему я не удивлён?
УД – Ноу проблем, у нас одно правило – инициатива наказуема.
ЮС – Хорошо, договорились!
ЕВ – А вы простыни готовьте!
УД – И будем снимать на видео, как смотрим видео на простыни в цветочек, да?
ОК – А вот есть такой режиссёр Стэн Брейкидж – персонаж достаточно интересный, он делал фестивали авангардного кино в каком-то маленьком американском городке. И туда приезжало обычно зрителей…
ЮС – Вот любит Карпов коротенько, минут на сорок, лекцию толкнуть…
УД – Обожди, обожди! «Вот Любит Карпов Коротенько, Минут на Сорок, Лекцию Толкнуть», запиши, потом в диск включим. Ребята, здесь масса была моментов, когда, я проходил и краем уха слышал. Их можно было подлавливать и раскручивать. Дня три назад у узбеков была тема, что сейчас функции художников выполняют правители, но это как-бы один слой разговора, я уже массу раз это слышал, там всё понятно, только непонятна роль художника, куда его инкорпорировать… Сегодня шёл по лагерю Марусича (В. Марусич) – это у него проект такой http://www.jurta.info/ для самореализации, здесь есть и своя эстетика, свои правила, то есть, между авторитарным правителем и художником стоит масса людей, у которых сейчас появилась возможность реализовывать свои проекты. И до какого-то момента они сами их выстраивают, как архитекторы и художники, но потом наступает момент, когда им нужны советы специалистов. Потому что есть масса тонких вещей, в которых они немного пробуксовывают. Мне, например, с такими людьми интересно сейчас общаться, совместные проекты делать. Вот на этом уровне более-менее паритетное сотрудничество может быть сейчас.
УА – Ну да, здесь можно показать видеоарт…
ЮС – Узбеки – несгибаемы! Вы значит, господа узбеки, сюда ездите исключительно, чтобы самореализовываться? Чтобы задавить всех узбекским видеоартом? От этого проекта вы чего ждёте?
ОК – Мне не нужно для реализации место. Я могу реализовываться где угодно. От этого проекта я ничего не жду. Полениться – я могу лежать дома, могу лежать здесь. Здесь просто прохладней. Абсолютно шкурные интересы. Можно устроить второй узбекский вечер! Сколько часов у нас есть?...
ВВ – Вот что такое выставка? Красиво развесили работы по стенкам, фуршет или без фуршета – и всё. А здесь если каждый чего-то показывает, то можно много чего посмотреть. Можно посмотреть через компьютер.
ЕВ – Ну можно также устраивать показы, у кого есть, каких-то международных проектов.
ЮС – Лекторий… Школа современного искусства?…
ВВ – Ну если кого-то волнует и он хочет поделиться этим, почему нет?
КН – Я недавно с вами, но тем не менее… Раньше в Бишкеке были международные выставки, где всех собирали и в принципе все одни и те же были на этих мероприятиях. И было такое ощущение, что ты в своей среде. И вот ради этой среды – она в общем-то международная, Центрально-Азиатская, и приезжаешь. Пообщаться с коллегами, получить какой-то заряд.
УА – Кстати, да – среда, я согласна.
ОК – Чего нам, кстати, в Ташкенте сильно не хватает.
ЕВ – Лень – это очень важный фактор. Лень – двигатель прогресса, вы же знаете? Что ещё сказать, всё по-моему сказано.
БС – Я не хочу, чтобы вот эта наша ежегодная тусовка превратилась в какую-то такую обязаловку. Не хотел бы, чтобы обязательно был бы какой-то результат физический. По-моему само название «Ленивое» - оно требует – если что-то появилось – пришло, возникло – хорошо! А чтоб насиловать – нет, не надо.
ЮС – Мы с вашей женой Жанной (Ж. Табышалиева) вчера купаемся и она меня спрашивает: «А какое сегодня число?», Я говорю: «Двенадцатое», она говорит: «Да? Надо же что-то сделать тогда – послезавтра уезжать!»
УД – Вот это самое классное, когда спрашивают: «Какой сегодня день, или какое число?» Это значит человек уже нормально погрузился.
БС – Она постоянно снимает фотосессии сейчас – до обеда, после обеда…
ЕВ – Самое страшное, если вместо обеда – вот это уже не нормально! А вот что в проекте с количеством участников – есть какие-то ограничения?
УД – в этом году мы на рекорд пошли, просто повезло, что сейчас лагерь полу-пустой, так получилось. Но сейчас мне кажется по количеству – нормальный такой колхоз. Здесь ведь ещё есть момент логистики – если куда-то выезжать, чтоб по машинам распределиться. Раньше, на «Ленивый» проект вообще несколько человек ездило, в прошлом году человек десять-пятнадцать, а в этом около 20-ти. Вообще в лагере помещается 50 человек, но тут ведь ещё другой народ есть.
ЭГ – Мне кажется надо обязать народ ещё привозить с собой некую программу для показа. Это может являться частью программы, вот мы же вечером показы устраивали – это было очень интересно, чтоб каждый вечер было какое-то выступление, надо чтобы каждый вёз с собой то, что он хотел бы показать.
ОК – Ну я, в принципе, даже за хлебом не выхожу без винчестера в кармане…
ЮС – Это прозвучало хорошо!
КН – Это у вас там в Узбекистане тяжело так что ли, что без винчестера не выходите?
ОК – Да, мало ли кого встретишь, кто не видел твоих фильмов…
УД – В один из прошлых заездов Медер Ахметов взял фильмы Пазоллини, а они ведь довольно откровенные и для меня это был некоторый шок, не говоря уже об обитателях лагеря… Это было нечто. Я к тому, что можно какие-то показы тематические делать.
ЕВ – Вот мы участвовали в Ширяевской биеннале, там тоже примерно такой формат. Деревня российская и в избах селят художников – тоже такая международная тусовка. Кушают все в местной столовой. И идут тоже какие-то разговоры, обсуждения. Правда они готовят к концу отчёт – на три недели они заселяются, материалы, проживание художникам оплачивают организаторы. И в конце происходит у них номадическое шоу, когда из Самары приезжает масса людей, которые ходят по всему селу и смотрят результат.
ЮС – Очень большая разница между такими проектами и «Ленивым искусством». Я вижу очень большой плюс Ленивого искусства в том, что это в чистом виде самоорганизация. Никаких грантов, никаких грантодателей, никаких организаций-институций. Люди сами организовались, сами приехали, Марусич (В. Марусич) пошёл навстречу, все сами заплатили за проживание, решили всё сами. Живём, хотим делаем что-то, не хотим – не делаем. Потому что когда говорят: вот классно там было - всё оплачивалось, у меня в голове калькулятор работает – я примерно навскидку могу сказать на сколько это тянет по грантовой шкале. Это всё-таки другое – другие обязательства и ощущения. Потому что, когда есть обязательства у человека, это совсем другое, мне кажется. Я просто пою песню, Улан (У. Джапаров), самоорганизации, потому что этого тоже на нашей поляне Центрально-Азиатской не хватает, когда люди сами всё решают без донорских вливаний.
УД – Должна быть инициатива – человек должен пол-шага хотя бы сделать. Конечно и казалось бы надо что-то делать по привычке на выходе, а сейчас с каждым разом знак вопроса остаётся. Здесь важно, чтобы у каждого какая-то внутренняя мотивация сработала. Это может быть даже так, что несколькими фразами обменялись и какая-то штука – раз внутри и сработала.
ЮС – А вчера ты видел мы тут перформанс слабали? С телегой – художники катали куратора. «Дорога в Венецию» называлось…
АС – Мам, когда на пляж пойдём?
УД – Прямо, как этот – матрос Железняк… Дверь открывается, входит Сеня (А. Сорокин): «Мам, когда на пляж?»…
ЕВ – Слушайте, милиция появилась!
ВВ – Это за узбеками…
ОК – Я только что на Фергане прочитал, что насильно вывозят узбеков из Москвы и других мест.
ЕВ – У нас когда выставка была в Варшаве в Вындзовском замке, и от Узбекистана там участвовали Николаев (А. Николаев) и Ахунов (В. Ахунов), приехал только Николаев. Ну и вот, все там возятся с монтажом, каждый занят своим делом. И тут смотрим – идут люди в штатском и такие сосредоточенные, сразу видно – Узбекское посольство… Зыркают: где тут узбеки? Если честно, я испугалась. А Николаев, у него, видимо, душа в пятки ушла и он начал им терпеливо объяснять, что там у него было на выставке – мальчик, который мечтает быть актёром, «Хочу в Голливуд» называется. Он им эту галиматью несёт, а они ничего не понимают. Всё хотели какой-то подвох найти. Это было так неприятно!
ЮС – Казахский вариант. В Берлине, в ифа-галерее выставка «От красной звезды до голубого купола». Мы сидим, там тоже общение было активное – Алмушка (А. Менлибаева) рассказывала что-то… И вдруг, приходит посол Казахстана в Германии… Алмушка к нему подскакивает: бла-бла-бла – она была уже знакома с ним…А он так её солидно отводит под ручку в сторону, прошёлся по выставке, посмотрел на это всё и говорит: «Алма, а чё гобелены не привезли»?
УД – Знаешь, ты сейчас рассказывала, а я представил себе – вот Lazy Art, там 2015 год – лень уже фотографировать и вот представьте какое-нибудь там… банджо, например, и кто-то что-то расскажет чуть-чуть, потом: дрынь-дрынь. Все сидят: да-да, а вот, а вот, такой-то город, там выставка, все: да-да…
ЮС – А помнишь, Улан (У. Джапаров), я как-то приехала и давай травить за прошлое, а ты говоришь: надо сделать такую передачу, типа как Гришковец рассказывает – то же самое, такой экран и один человек сидит и давай рассказывать.
УД – Нет, мы же тогда поговорили, что можно вот эту сеть сделать, может быть через ASTRAL NOMADS – сеть кухонных разговоров.
ЮС – «Радио Вояджер» – пожалуйста! Подменюшку туда и вперёд!
УД – Лена (Е. Воробьёва), хорошую кухню делайте, чтобы разговаривать потом. Большинство проектов-то у нас на кухне придумываются в студии, а некоторые у кого-то на кухне, вот один у Лены с Витей (Е. и В. Воробьёвы) это то, что в основу выставки «И другие…» легло. Причём мы так поговорили нормально, а потом встаём, а на стульях такие сидушки с киргизским орнаментом. Воробьёвы всё о нормальном искусстве, а здесь смотрю сидушки-то с базара, из Бишкека привезли…
ВВ – Ну да – красивые!
ЮС – Ну, на слове «красота» мы наверное закончим обсуждение. На пляж пойдём?

Комментарии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Войдите, пожалуйста.
Мы ничего не теряли. Мы звёздные кочевники, скитаться по межзвёздному пространству, посещать незнакомые планеты - для нас кайф. Сергей Маслов "Звёздные кочевники", 2002