English

Юрий Двинянинов

НА ПОТЕХУ, НА ГОРЕ, НА СМЕРТЬ

Юра Двинянинов ушел из жизни всего в 32 года. Он был человеком легким и ясным, настоящим художником, для которого было естественным, что жизнь - это искусство, а искусство – это жизнь. Теперь, когда прошло немного времени после его ухода, пришло время собрать и аккумулировать все, что о нем известно. Никто, конечно, не записывал, не собирал, не архивировал всё, что он делал. Для этого он был еще слишком молод, но, главное, Юра относился к той категории художников, которая была вне художественного мейнстрима и вне системы институций культуры (вне Союза художников, музеев, галерей и пр.). Он особо и не стремился попасть «к столу» или получить какое-то место. В определенной степени его можно назвать андеграундным художником. Он был очень самодостаточен, его человеческие качества и художнический дар позволяли жить и работать в собственной «вселенной». Эта собственная вселенная была открыта и притягательна для многих других, поэтому Юра всегда был в кругу тех, кого привлекала возможность творчески жить.
Как художник он был на редкость харизматичен: писал маслом, рисовал, сочинял стихи и песни, пел, делал перформансы и маленькие объекты в виде самиздатовских книжек, свитков, занимался флэш-анимацией, делал коллажи и обклеивал ими в своей квартире стены, бытовую технику, двери.
Из оставшегося наследия художника сохранилось совсем мало картин, которые, в основном, находятся в частных руках. В семье осталось несколько блокнотов и тетрадных листов с почеркушками и стихами, рисунки, цветная графика. Друзья сохранили небольшое количество анимационных роликов, записи его песен и маленькие самиздатовские книжки с рисунками и текстами.

Сам художник в силу своей человеческой скромности не вел хронологию событий и редко ставил дату создания на своих работах. Поэтому теперь, когда хочется осмыслить всё, что он делал, возникают сложности с атрибуцией. По большому счету, требуется длительное детальное исследование и опрос друзей и близких, чтобы максимально точно восстановить хронологию его творчества. Пока такой возможности не предоставилось.
При первом знакомстве с его творчеством возникает легкая нервозность. Его образы теснят друг друга, и каждый говорит о своем. Так много всего он делал, что хочется сказать обо всём, что называется «объять необъятное». Образ жизни и творчества Юры - это непрерывный творческий неструктурированный поток сознания, поток осуществленных и неосуществленных идей. И в этом потоке надо было понять: что главное, а что второстепенное, что важно, а что можно и оставить без внимания. Возможно, что в рамках этого эссе удалось только-только приоткрыть дверь и заглянуть в мир истинного настоящего художника, прикоснуться к чему-то веселому, фантазийному, безудержному, грустному… Может быть, это понимание будет не таким, каким оно было в кругу его друзей.
Но ведь есть простая истина: когда ты внутри и рядом, ты не можешь видеть вещи в реальном формате, а когда ты снаружи, то тогда возникает более реальная картинка.

Творческая судьба Юры началась примерно в середине 1990-х годов. Художественное образование Гнома было весьма скромным. Он закончил так называемое еще с советского времени Культпросветучилище, в народе прозванное «кулёк». Однако в данном случае скромное образование стало той стартовой площадкой, которая позволила таланту художника успешно развиваться.
Именно во второй половине 1990-х годов Гном стал лидером творческой молодежной группы. Впрочем, слово группа не совсем подходит к тому, что тогда происходило в неформальной творческой жизни Караганды. Понятие «группа» предполагает некое программное объединение, а здесь скорей всего лучше употребить сленговое слово тусовка, которое как ничто другое лучше обозначает этот процесс.
Таких тусовок в Караганде, возможно, было больше, но все они по сравнению с группой Гнома были более мелкими и незначительными. Тусовка Гнома была самой крупной.
Здесь крутились разные ребята. Музыканты, студенты творческих специальностей вузов и училищ города и все те, кто хотел и мечтал о яркой жизни и не мог смириться с серой прозой жизни. В этом сообществе всё время бродили и варились разные идеи.
В основном, все собирались где-нибудь на улице, дома у Юры (квартирники), делились стихами или просто общались друг с другом, придумывали идеи, сочиняли песни, затем выступали с ними на разных площадках. Музыка альтернативных направлений искусства была основным видом творчества, объединяющим всех ребят. Поэтому в этой тусовке стали формироваться прежде всего музыкальные группы. Но были и попытки создания фильмов и объектов медиа-арта. Эти небольшие видеосюжеты создавали молодые художники, которые освоив новые технологии, зарабатывали на жизнь рекламным дизайном.
Еще ранее, примерно с середины 1990 годов появились клички-псевдонимы. Почему-то все в этой тусовке решили взять псевдонимы, связанные с животным миром: Варан, Тушкан, Хомяк, Ящер, Нерпа и т.п. А вот с Юрой получилось, что сначала говорили Птах, а потом вдруг кто-то сказал: «Да какой же он Птах? Он – Гном!» Кажется, он тогда постоянно носил на голове «гномовскую» шапочку. Все посмотрели и сказали: «Точно- Гном!» С тех пор этот псевдоним плотно «приклеился» к художнику.

Надо сказать, что в творческом плане Юра Двинянинов достаточно разнообразен. В музыке на него оказал влияние певец-шестидесятник Боб Марли с Ямайки и стиль регги; в стихотворном творчестве – поэты-экспериментаторы первой четверти 20 века; в изобразительном искусстве - дадаисты, Сергей Калмыков, Энди Уорхол, Митьки, и в т.ч. в области медиаискусства – авторы и создатели сайта «Антимульт», русские художники группы «Синие носы». Почти все эти имена так или иначе упоминаются художником в его записях, стихах. Но нельзя сказать, что Гном был полным последователем того или иного известного автора. Он как всякий молодой художник учился у мэтров, но как талантливый человек перерабатывал, «переваривал» внутри всё, что читал, видел и создавал свои вещи. Он жил своей самодостаточной жизнью, не пытаясь быть кем-то.


РИСУНКИ И СТИХИ

Известно, что первые рисунки Гнома были мрачными, в панковском духе. В училище он рисовал их обычной шариковой ручкой. Тогда в 90-е годы все ощущали себя панками и хиппи, ну а Битлы были всегда вне конкурса. Но по своей природе Юра был легким, веселым, постоянно что-то придумывающим. Поэтому он перманентно увлекался многими вещами. Проснуться утром, посмотреть на стены, увидеть паутину и потом тут же родить очередную идею – вот его стиль.
Вероятно, из всех известных мэтров искусства, в первую очередь, наиболее сильное влияние на Гнома оказал Сергей Калмыков. Есть некоторая родственность душ и харизматических способностей знаменитого алматинского художника и молодого малоизвестного карагандинца. По всей видимости, молодому художнику импонировали внутренняя и внешняя свобода Калмыкова, его мышление, его тексты, его сшитые вручную «книги», его образ жизни. Но Калмыков был очень одинок, а Юру всегда окружали друзья. Калмыков был более «брутален», его мышление было масштабным и космичным, а Двинянинов олицетворял в себе то, что называется художник-флюксус. Но о движении Флюксус тогда в 90-е годы в Караганде мало кто знал. Гном не подражал им, он просто был близок им по своей природе. Также, как он был близок к дадаистам, Энди Уорхолу, современным русским художникам из группы Митьки.
На одном из рисунков-автопортретов есть ключевой текст автора, который позволяет раскрыть некоторые его мировоззренческие взгляды на свой путь: «Рамки сами собой отпали. Органично. Не скажу, что больше люблю: блюз или трэш. Приятно уснуть? Устать? Поскольку тоска? Точно? Или наоборот неожиданно что-то наигранно, написано, нарисовано. Так же я себя не могу объемно нарисовать - кто я? Что я? Панк, хиппи, митёк. По всем фронтам нагадил по чуть-чуть. Сдаюсь. Хотелось бы оставаться святым альфонсом, но что-то с совестью моей стало…»(1).

Наиболее активным и плодотворным периодом для Юры стал период с конца 1990-х до 2007 - до самого ухода из жизни. Мне вспоминается, что где-то примерно в 1997-1998 годах, когда я работала в Карагандинском музее искусств, он принес на очередную традиционную выставку карагандинских художников картон, на котором, кажется, были в цвете фраза и изображение. Это на фоне всех ортодоксальных работ выглядело свежо и оригинально.
В отличие от многих творческих личностей, о Юре нельзя сказать, что он был драматичен. Он принимал реальность такой, какая она есть и не прятался за искусством от жизни. Он не трагедизировал реальность, а пытался понять её. Возможно, что он пытался через искусство изменить жизнь или одухотворить её, а трудности и бытовые реалии жизни как-нибудь перетерпятся. Один из его цветных рисунков так и называется «Перетерпеть», а есть еще небольшая песенная композиция «Мне немного надо». Возможно, что такое митьковское отношение к жизни можно обозначить современным сленговым словом «не грузиться». Так вот, Юра если и грузился, то ненадолго. Его внутренний перпетуум-мобиле вытаскивал его из этих состояний, а еще почти всегда он был в кругу друзей, которые чувствовали и видели его талант и признавали его лидерство.
Возможно потому, что он был еще молод, и эта энергия молодости била в нем ключом.

«Сплошные комиксы бредут вокруг меня, но я не делаю, когда такое вижу, большие выводы, ведь я день ото дня печалиться всё больше ненавижу»(2).

Не совсем понятно, кто написал эти строки в одной из его «самиздатовских» книжек. Возможно, и сам Гном, а, может быть, кто-то другой. Но эта фраза близка внутреннему мироощущению художника.
Сохранилось много его стихотворений и текстов, как в самостоятельном формате, так и в формате миниатюрных книжек-текстов. Тексты Юры завораживают и мощно цепляют на внутреннем уровне. Безусловно, что Юра был очень одаренным человеком и это признавали все, кто встречался с ним. Именно в поэзии, на мой взгляд, более сильно проявился его дар. В своих стихах он бывает очень серьезным, но чаще - веселым и ироничным.
Вот два его текста:

Ни Одежд
Ни Волос, Ни
Копилок, НИ зажигалок
Ни надежд, Ни (колёс),
Ни наколок, Ни слёз.
А-А-А-!
Ни мыслей!(3)

и

Огромная наглость-искусство. Огромная – тебя выше- просто СМЕЛОСТЬ. АГА. А ты –делай. На потеху, на горе, на смерть. Свобода – когда выбрал себе секунду и прожил, ударился и закатился, заплакал горячо.

А вот это, возможно, программное стихотворение с точки зрения внутренней позиции:

Ничё не знаешь.
Ничё не хочешь.
А если хочешь,
То не кричишь.
А лежишь и ждешь.

А когда умрешь,
Хвостом завиляешь.
Подшерсток сбросишь,
Ошейник скусишь,
Лишай забудешь-
Ко мне прибудешь.
Я при луне буду не одинок.

Бля! Наверное приятно
Пойти на жилу.
Дойти до верха,
Победить в драке.
А не собакой
На небо выть
И чего-то ждать(4).

Вообще, в творческом наследии художника-поэта осталось очень много сильных поэтических текстов, о которых невозможно сказать в рамках этого эссе. Нельзя объять необъятное, а мир Гнома – действительно необъятный.
Некоторые образы из поэзии не хочется идентифицировать и как-то обозначить. Здесь всё на грани тонкой вибрации смыслов, и нет смысла облекать это в какие «грубые» слова.

Послушай, Не Пора Ли
Нам Смыть С Наших Глаз
Траурную Пелену,
Усталый День
Безвозвратно Погас
И ОН Нам Теперь Ни К Чему
Пустые Звуки Нам
Путали След,
Предрассудки
Брали Нас В Плен,
Но Мы Обрели
Дивный Лунный Свет,
Дерзнув Подняться С Колен(5).


Примерно в начале 2000 х- годов Гномом и его другом Сергеем Стрельцовым была создана группа «Точка». Это была прежде всего музыкальная группа. Почему «Точка»? Это один из ключевых образов гномовского творчества. Еще в 1995 году «точка» промелькнула в одном из стихотворений:

Ангелочки ставят точки
В чужие ночки.

Потом появился рисунок «Точка». Потом Гном этот рисунок размножил. Кому-то из его друзей пришла идея сделать уменьшенные копии рисунков и наклеить их на спичечные коробки.
Можно только предположить, почему «точка» стала отправной точкой☺) в его жизни. И здесь опять вспоминается Сергей Калмыков (из дневников):
«Легко быть линией, трудно быть точкой, ибо в нашем мире всё движется! В мире всё движется, и каждая Точка при своем движении проводит какую-нибудь мировую Линию»(6)..
Даже если это и не влияние Сергея Калмыкова, то это То Самое Неслучайное Совпадение – озарение.
Вот и получается, что гномовская Караганда тоже может стать той точкой, через которую проводится мировая линия. Почему бы нет? Этот образ точки стал тем импульсом, откуда исходила энергия. И энергия начала плескаться в картинах, рисунках, песнях художника.


СТИХИ И МУЗЫКА

Группа «Точка» была прежде всего музыкальной группой. Ребята увлекались регги, почитали Боба Марли и исполняли в жанре регги песенные композиции собственного сочинения. Выступали на разных площадках. В основном, в местных дворцах культуры. Голос Боба Марли цеплял за душу, а ритм музыки заражал и будоражил. Музыка позволяла всем высказать невысказанное, пропеть мечту, пофилософствовать о жизни.
На нескольких сайтах, на странице Сергея Стрельцова «В Контакте» ) друзья Гнома разместили аудиозаписи его песен. Вот он поёт о жизни в композиции «И вроде не балбес»(7):

И вроде не балбес
А просто маленький
Я просто смертный…
Просто я не знаю куда…

И вроде все течет,
И вроде каждого касается,
Но как-то ни тебя, ни меня….

Во многих случаях, музыкальная составляющая песен Гнома уступает тексту и эмоциональному настроению певца, «проговаривающего» сильно и искренне свои песни. Но … нашла песню «Тройная» (разбитое сердце), где и мелодия и слова и сам автор просто на высоте! Вот несколько важных фрагментов из песни (8):
……
Будем красиво думать,
Завтра сейчас открыто.
Будем слагать картины.
Нитки цветного счастья
Будем вплетать в созвездья.
Выведет нас на удачу
Лунная песня.

<…>

Грусти фонарики
Мне намерещатся
Во внутренних облаках…

<…>

Мне больно быть человеком….
Мне страшно…страшно..страшно ….


КНИЖКИ И ОПЯТЬ ПРО РИСУНКИ И СТИХИ

К сожалению, живописных картин Гнома сохранилось мало, о них сейчас трудно что-то говорить, потому что художник почти всё раздарил и увидеть их пока нет возможности. А вот графики сохранилось много. Более всего Юра предпочитал рисунок, точнее сказать рисунок-текст. Между графикой художника и текстами существовали тесные связи. Непонятно было, кто из кого произрастал. Визуальный образ мог родить текст, или мысль могла породить картинку.
Большая часть графики и все его книжки по технике представляют собой рисунки шариковой ручкой в экспрессивной манере. Во многих отдельных графических листах есть тексты. Книжки – эта та же графика Гнома, но в формате миниатюра-текст.
Если как-то попытаться систематизировать гномовский поток сознания, то можно условно его рисунки разделить на 2 группы: рисунки как самостоятельные законченные произведения и рисунки-эскизы к каким-то проектам, большая часть которых не осуществилась.
В своих законченных работах Гном обращается к нескольким жанрам: сюжетная композиция, автопортреты и очень редко – пейзажи. Сразу хочется сказать, что пейзажи Гнома – это не классические пейзажи, а пейзажи-аллегории. Ну а больше всего сохранилось сюжетных работ. Это целые развернутые композиции – фантасмагории, где в центре присутствует то реальный образ человека, то преображенный. Такие рисунки его –многословны. На первый взгляд, некоторые фантастические образы Гнома напоминают картины Сергея Калмыкова. Но это на первый взгляд. На самом деле в них нет калмыковского космизма и мистицизма. В рисунках Юры все-таки опознается реальный мир, хотя и изображен он с некоторой долей сюрреализма и еще некоторых измов. Дома как живые существа, ангелы, реалистические типажи и какие-то ирреальные существа антропоморфного характера, животные и т.д. Пропорции фигур вытянуты, искажены, а линии динамичны и экспрессивны. Многие образы Юры имеют, как это принято сейчас говорить, мультяшный характер или напоминают по манере, но не по содержанию, карикатурные образы. Юра, вообще, кажется, отказался от серьезности и это – позиция художника.
Вот Некто едет на машине фантастического вида. И у машины есть глаза. А вот какое-то полумифическое существо напоминает Мойдодыра из известной всем советской сказки. А вот совершенно карикатурный отталкивающий образ женщины, вызывающий отвращение. Ее ноги враскарячку, в руках она держит бутылку и рыбу. А вот человек, для которого мир вещей важней всего - «Шкаф - моя жизнь».
Таким образом, его образы – это микс из фантасмагорий, реальных типажей, мультяшности, легкой улыбки или иронии.
Возможно, что один из замысловатых ключей к рисункам Гнома содержится в серии рисунков-стихов «Уроки» (9):

Эта птица – это нифига
Не птица – это аллегория
Весны.
Нарисую свою
Аллегорию
Не птицу
Не фига.

Но иногда он бывает достаточно лаконичным в своем высказывании. Особенно в рисунках тушью. Всего пара экспрессивных линий или фрагментарное изображение вещи, и рисунок приобретает законченность. Плюс к нему несколько стихотворных строк. Включение текста в рисунок – один из самых главных и отличительных принципов художественного мышления Гнома.
Текст, включенный в рисунок, становится артефактом, полноценной частью произведения. А в некоторых рисунках и «самиздатовских» книжках местами даже непонятно, кто кого включил. Текст и рисунок переплетаются. Буквы становятся графикой, а графика композиционно поддерживает буквы. И опять вспоминается тот художник, который оказал сильнейшее влияние на Юру Двинянинова. Сергей Калмыков экспериментировал с буквами и называл себя «буквописец». В его «Алфавитной книге» каждая буква является рисунком, а каждая страница представляет собой законченную композицию (10)..
Юра тоже экспериментировал с буквами, разрабатывая собственный художественный «шрифт», хотя шрифт Юры далек от дизайнерских действий. Его буквы – живые существа с характером и эмоцией. Можно говорить о том, что тексты-рисунки Гнома напоминают пиктографическое письмо, а некоторые образы - своеобразные идеограммы.
Эти тексты-рисунки Гном стал оформлять как книжки примерно где-то в конце 1990-х. Он сделал целую серию таких книжек. Книжки были как на его тексты, так и на чужие. Визуально они были весьма скромными и маленькими. Предполагалось, что все, кому книжка дарилась, мог раскрасить черно-белую графику на свое усмотрение. Но текст был такой мелкий и рисунок тоже, что требовались значительные усилия, чтобы прочитать книжку. Стиль текстов этих книжек близок к художественной традиции поэтов-экспериментаторов начала 20 века. Вспоминаются строки из стихотворения одного из известных поэтов того времени: «Фиолетовые руки полусонно чертят звуки на эмалевой стене».

А вот фрагмент из книжки Гнома:

А ты –стынь
И падай,
Моя слеза! А я
- взлечу,
Где забиты Его глаза
Я прокричу!
И суровые доски плачут…
Почему в этом
Мире исчезло время?

Или «Ты Ты Квулуковицей называлаавышло что ты».

Конечно, книжки Гнома по сравнению с книгами С.Калмыкова были уже чем-то другим. Если каждая «самиздатовская» книжка Калмыкова была единственной и поэтому её самоценность была равносильна произведению искусства, то книжки Гнома можно было благодаря ксероксу воспроизводить в больших количествах. И он дарил эти книжки своим друзьям и знакомым. Можно даже сказать, что такая книжка, потеряв шедевральность, превратилась почти в объект актуального искусства. Возможно, что Гном вряд ли идентифицировал свои книжки как объекты актуального искусства. Это тот самый случай, когда благодаря таланту, происходит незапланированное попадание в «десятку».
В 2004 году в Караганду приехал в качестве руководителя мастер – класса Дешт-и-Арт Центра профессор КазГАСА (Алматы) Алим Сабитов, который изложил свои впечатления о художественной ситуации в городе в статье «Видео-арт, запечатлевший мифы Караганды» (11): «Третья (группа молодых художников – прим. от автора) – независимые молодые художники и дизайнеры. Их лидер - молодой человек по прозвищу Гном – он же Юра Двинянинов. Компания Гнома проводит свое время как будто бы участвуя в бесконечно длящимся перфомансе. Это и вечеринки, и написание своеобразных литературных опусов, в которых художественный текст представлен рукописной вязью и каллиграфией, переходящей в графику. Эта разновидность самиздата пользуется у «продвинутой» карагандинской молодежи большой популярностью. Я держал эти «книжки» в руках. Но честно скажу – прочитать не смог – то ли утратилась привычка читать рукописные тексты, то ли уже вышел из молодежного возраста. Но, безусловно понравилось оформление – легкая рука связывает уверенные штрихи в модный сейчас орнамент, восходящий к рунической графике «толкиеновской» разновидности».


АКТУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО И В Т.Ч. МЕДИА-АРТ

В 2000 годы медленно и постепенно в обиход художников Казахстана стало входить понятие «проект». Опять, пока не совсем понятно, насколько Юра воспринял это слово и ввел в свой оборот. У него сохранились эскизы некоторых идей, которые условно можно идентифицировать как проекты. Это были эскизы шрифтов, татуировок, ювелирных украшений, стульев, декоративных паттернов. На первый взгляд, кажется, что это просто разработка дизайна. Однако гномовский дизайн весьма экстравагантен, оригинален и замысловат. Особенно хочется выделить стулья. Это настоящие концептуальные стулья, объекты современного искусства. Но….идея осталась неосуществленной.
Гном много раз участвовал в традиционных выставках, часто эпатируя публику неожиданными сюжетами. Но, к сожалению, никто не вёл хронологию его выставочной деятельности. Сохранились лишь фрагментарные сведения об этом. Вот интервью с художником «Диктофон мертв», которое он давал газете «????» ( к сожалению, сохранилась копия газеты, но без названия) в сентябре 2001 года: «…..В Немецком центре под предлогом заполнения пустых мест (я) выставил серию «Да-да» - это такие хулиганы были в Европе в начале века. Пытался дух передать. Информации – ноль. Всё субъективно. …. А вообще мы себя передвижниками называли: сначала выставлялись в худфонде (В Областном Союзе художников – прим. автора), затем с тем же самым в «художке» (Областной художественной школе – прим. автора) у Вечного огня, затем в Немецком центре. Сейчас вот затишье… Никуда не зовут» (12).
Но тут Гном ошибся. Буквально скоро его позвали….

В Караганде об актуальном искусстве в 1990 – 2000 годы все имели очень небольшие фрагментарные знания. Интернет еще не вошел полностью в каждый дом, поэтому был определенный информационный голод на тему знаний о том, что творится в большом искусстве. Именно тогда мною и моей коллегой Ларисой Плетниковой был создан Дешт-и-Арт Центр, который начал продвигать образовательные и выставочные проекты в области новейших видов искусств. Группа «Точка» прежде всего была музыкальная группа, но и она пыталась освоить новые виды искусства. Вспоминается сентябрь 2001 года, когда в Караганду в поисках новых художников приехали кураторы Валерия Ибраева (Алматы) и Сабина Фогель (Германия). «Точка» показала в выставочном зале Дешт-и-Арт Центра перформанс. Смутно помнится, что Гном и его ребята совершали некие понятные только им действия, катали какие-то металлические шары по полу. Конечно, этот перформанс был сырым и его мессадж - «многословным». Явно не хватало знаний об актуальном искусстве. Но чуть позже в том же 2001 году три человека из гномовской группы приняли участие в семинаре по истории искусства и мастер-классе Дешт-и-Арт Центра.
Юра Двинянинов был одним из активных участников этих событий. Сохранилась тетрадь с записями по истории искусства второй половины 20-го века. Курс в течение нескольких дней читали приглашенные лекторы из Алматы: искусствовед Назипа Еженова и куратор-художник Юлия Сорокина. Гном тщательно вел записи. Можно только догадываться по его записям, что больше всего его поразило и что было близко его натуре: ИГРЫ, Флюксус, ШОК, Ритуал, Акционизм, Перформанс, Трансавангард... Про многое он знал, особенно про дадаистов, но современные тенденции искусства были ему внове.
Некоторые слова, он словно пробовал на вкус, переваривая их значения: «позиционируя», «мессадж–послание». В тетради осталась смешная фраза, которая характеризует чувство юмора художника: «Бля! Люди повоскресают – куда их девать? Всех в Космос!!!». Гному нравилось ИГРАТЬ. И Дешти-Арт предоставил ему такую возможность на выставке «Просто Ку», кураторами которой были Юля Сорокина (Алматы) и Александр Мальгаждаров (Караганда). Художник сделал перформанс, который назывался «И еще, еще раз о нем». Вот как описывает этот перформанс журналистка Юля Нурмагамбетова в газете «Новый Вестник» (13): «Для демонстрации своей идеи художник использовал самодельные газеты, в которых черным по белому было написано: «награда настигла героя передним числом до смерти. Заголовки кричали о том, что ему вручен «Оскар», «Золотой граммофон», «Пальмовая ветвь» и прочее, прочее, прочее. Художник стоял на постаменте и раздавал зрителям свои газеты. Ему помыли ноги и поцеловали ботинки. Его запечатлели местные фотографы и телеоператоры…..это были настоящие «15 минут славы».
Да, конечно, это уже был настоящий перформанс с ясным лаконичным мессаджем. И казалось, что Юра теперь станет одной из ключевых фигур актуального искусства города. Но… обстоятельства сложились так, что он не стал активно развивать эту линию своей творческой судьбы. В последующие годы он еще немного хулиганил, повесив на графическую работу «У страха глаза велики» предмет женского нижнего белья, и этим самым страшно эпатировал публику (Карагандинский музей искусств, 2003 год).
Возможно, он делал в последующие годы какие-то перформансы, объекты, но все они не получили большой огласки. Вот, например, известно про шляпы. Юра придумывал, моделировал и делал шляпы из разных материалов или переделывал старые шляпы. И дарил эти шляпы всем друзьям и знакомым. Шляпы были тоже немного концептуальными. Из этого действа вполне можно было сделать что-то в духе актуального искусства. Но….как получилось, так получилось.

Флэш–анимацией он начал заниматься с 2005 года благодаря художнику Ляззат Шайкежановой (Хомяку). Она рисовала мультик, и ей была нужна помощь. Ляззат показала Гному основы. Анимация настолько его заинтересовала, что он полностью погрузился в компьютер. Как вспоминает художница Марина Слободкина, бывало так, что друзья приходят, играют на гитаре, разговаривают, а он общается с ними, не отрываясь от компьютера. Он начал рисовать мультики для себя. Ему нравилось, что его персонажи двигаются. В результате появились небольшие анимационные сюжеты: «Алматы», «В Кинг-Тоне По-прежнему», «Вертолет. Звук», «Шиле. Что Вам угодно?» и т.д. Наиболее интересные сюжеты, которые близки по духу к медиа-арту «Тетрис-Энди» (вместо квадратов и прямоугольников знаменитой игры «Тетрис» используются банки с супом Энди Уорхола), «Митьки никого не хотят победить», «Без названия» (художник иронизирует над «верностью идеям», выбирая «напиться» вместо «помыться», «влюбиться» ) и др.
Для того, чтобы делать анимационные сюжеты, художник освоил также дизайнерские программы Рhotoshop и Corel. И так появилась серия цифровых картинок. Одна часть из них - самостоятельные сюжеты, попытка работать в духе актуального искусства. Например, художник преображает благодаря фотошопу множественные лица Мэрлин Монро в знаменитой работе Энди Уорхола. У Гнома это уже не Мерлин Монро, а лица демонических существ. Вторая часть цифровых картинок – это «сырье» для анимации. Одно из сильнейших впечатлений на Юру произвели авторы сайта «Антимульт» (сайт был создан в 2003 году). Они провозгласили (14):
«Главное наше отличие от всего, существовавшего ранее в Рунете — максимально качественная flash-анимация и нестандартные сюжеты, тяготеющие скорее к искусству, нежели к массам. <…> мы будем счастливы придумать для вас что-нибудь стоящее, красивое, интересное и полезное, что принесет вам внимание людей и прибыль».
И этот лозунг был по душе Гному.


P.S.

Обстоятельства смерти Юры Двинянинова до сих пор неизвестны. В 2007 году он решил переехать в Санкт-Петербург. Ему требовались новые свежие впечатления, новый художественный уровень.
Предположительно 2 января 2008 года в Санкт-Петербурге он шел по улице с гитарой, и, видимо, привлёк к себе ненужное внимание, которое сыграло роковую роль. Удар по голове нелепо оборвал жизнь художника. Его нашли только 5 января в соседнем доме на чердаке….

Юра Двинянинов (из наследия, (15):

Не искал и не наткнулся
Не ушел и не топился
Не посмел и не подумал
Но устал и вот уснул

Дальше Кто-то Жил бы Но

Где одно, там нет другого.
Хочешь меньше, будет больше.
Ищешь то, приходит это.
То ли сказка, то ли быль

Верно Знаю Слышу Боль

А меня она разбудит.
А меня она раскроет.
А меня она заставит.
А меня она одна

Знает Сможет Любит Пусть

А меня уже не будет.
А меня уже не стоит.
А меня уже не нужно.
А меня уже и нет.
<….>

На самом деле Юра продолжает незримо жить среди своих друзей. Благодаря новым технологиям и Интернету, сетевым сообществам тусовка Гнома сохранилась. Многие его друзья уехали в другие города. «В Контакте» создано Сообщество друзей Гнома. Они поддерживают друг с другом связи, публикуют аудиозаписи и картины Гнома, и постоянно вспоминают о нём. Открыта специальная страница Группы «Точка».

Вот на одной из страниц кто-то из ребят пишет: "Точка"- это даже не группа, а нечто большее!!!"Точка"- это - Сергей Чупринов, "Точка"- это - Сергей Стрельцов, "Точка"- это - Алексей Спиридонов, "Точка"- это - Илюха Казаков, Артём Жангиров (Пуговка), Бахтияр Увалиев (Баха), Лёха Максимовский (Панк), и Ункас и Женька Афонасьев (Афоня) и ныне покойные Генка Володин, Ванька Поветин (земля им пухом ).

“В группу могут входить люди которые хоть как то были причастны к жизни "То4кИ"и к жизни Юрки Гнома и кому вообще знакомо "чувство здорового идиотизма", не полного, а здорового!...... здесь можно будет обсуждать, спрашивать, предлагать идеи, делится мыслями, подводить итоги и вообще дальше посмотрим как будет всё складываться!"

Сергей Стрельцов: “Гнома слушать невозможно. Невозможно во всех смыслах. Но, если кто-то, несмотря на эту невозможность, все равно слушает Гнома (а такие люди есть) - Гном передает всем салам с Карибских островов! http://rusfolder.com/3685202

“5 января - день его смерти. На похоронах Боба Марли люди танцевали регги. Юрка для многих, кто знал его лично, видел его работы, как он рисует, как он поет, как он живет, был и остается проводником духа, невыразимого, волшебного, как Боб Марли, как Олди (Комитет Охраны Тепла), как живое воплощение радости и стремления к свободе.
Карибские Острова - так называется последняя случайно найденная кассета, которую Юрка записал, как обычно, на встроенный микрофон бытового магнитофончика для близких друзей. И так же мы решили назвать первый регги фестиваль его имени, в Караганде, в середине зимы, парадоксальным образом соединив намерение почтить память друга и воспеть его вклад в нашу жизнь».
Так 5 января в 2012 году в Караганде состоялся первый регги-фестиваль, посвященный Гному.
 

Дана Сафарова
искусствовед, куратор, музеолог
Дешт-и-Арт Центр (Караганда)
14 июля 2013г.
Статья написана специально для сайта astralnomads.net

 

1. Запись сделана на рисунке «Без названия», который хранится в семье художника.
2. Фраза из одной «самиздатовской» книжки «Без названия».
3, 4, 5. Стихи на тетрадных листах и листах блокнота, которые хранятся в семье художника.
6. http://www.inieberega.ru/node/312
7. http://www.realmusic.ru/ghanym/
8.Там же http://www.realmusic.ru/ghanym/
9. Рисунки из серии «Уроки» хранятся в семье художника.
10. http://www.inieberega.ru/node/312
11. http://deshty-art-center.narod.ru/ru/texts/st_kurak.htm
12. Копия статьи хранится в архиве Дешт-и-Арт Центра
13. Газета «Новый вестник» от 31.10.2001 (из архива Дешт-и-Арт Центра)
14. http://www.antimult.ru/
15. Стихи (фрагмент) на тетрадных листах и листах блокнота, которые хранятся в семье художника.

 

Мы ничего не теряли. Мы звёздные кочевники, скитаться по межзвёздному пространству, посещать незнакомые планеты - для нас кайф. Сергей Маслов "Звёздные кочевники", 2002